Глава МИД России Сергей Лавров, комментируя международную ситуацию, заявил о том, что «дух Анкориджа испаряется».

По мнение большинства экспертов, российский дипломат, таким образом, выразил разочарование действиями США, которые ранее, в ходе саммита на Аляске, выражали готовность к конструктивному взаимодействию.

Собственную точку зрения по данному вопросу Общественной службе новостей представил Научный руководитель АНО социально-экономического и политического консалтинга «Центр этнических и международных исследований», доктор исторических наук, участник специальной военной операции Антон Бредихин:

***

Мы видим то, что все договоренности, которые были достигнуты в Анкоридже между Президентом России Владимиром Путиным и Дональдом Трампом, по всей видимости, даже не были начаты к полноценной реализации.

Ведь эти договоренности касались не только Украины. Они касались всего мира. Касались определения тех линий, в том числе, линий цивилизационных и конфликтогенных, которые должны были бы остаться в том или ином состоянии.

Сейчас идёт большая война от Кипра до Кашмира. И в условиях этой войны, которая была начата американцами, возникает другая парадигма.

Парадигма того, что США отнюдь не стремятся к достижению тех или иных знаковых договоренностей, которые, кстати, так и не были вынесены в информационное пространство.

«Дух Анкориджа», на мой взгляд, это всё-таки понятие, которое относится к дипломатии, к прямой дипломатии и близкому взаимопониманию наших лидеров. Значит, этого понимания уже нет. Да его и не было.

И нельзя исключать, что вся ситуация со стороны американцев была представлена именно в таком театрализованном виде. Театрализация политики со стороны Дональда Трампа достигла своего пика.

Поэтому стоит ли дальше вести какие-то переговоры с американцами? Стоит ли России выступать в качестве посредника между Америкой и Ираном? Стоит ли Америку вовлекать в завершение специальной военной операции в качестве медиатора? На мой взгляд, нет. И Лавров об этом чётко говорит. Если об этом говорит министр иностранных дел, значит, так думает и президент России.